Google+ Badge

вторник, 13 декабря 2016 г.

Федеральный полигон РАО












     Авва чашу эту мимо не пронёс...

     Итак, 28 ноября 2016 года, в понедельник, первый в России пункт приповерхностного захоронения радиоактивных отходов принял первую ёмкость с отходами. Личные заверения руководителя проектов Центра по связям с общественностью ФГУП "НО РАО" Олега Кондраненкова, что  первое захоронение будет проведено ноябрём, данные им в октябре, не оказались пустыми обещаниями. А 1 декабря, в четверг, прошёл официальный запуск похоронного предприятия. В присутствии участников организованного на него пресс-тура в могильное ложе навечно опустили 800-литровый контейнер с радиоактивным содержимым средне-активного класса опасности. Торжественная приёмка первой партии радиоактивного мусора состоялась. Новоуральск ликовал! Разве что салюта не было.
     "Российские СМИ  - в Новоуральске!" "Первый в России пункт захоронения РАО!" "В Новоуральске состоялось событие мирового масштаба! В присутствии представителей госкорпорации "Росатом", почётных гостей и общественности, средств массовой информации состоялась закладка первой партии радиоактивных отходов!" - рапортовали в своих репортажах новоуральское ТВ и главное печатное издание города - еженедельник "Нейва".














      Радовались не сторонние - что их-то, слава Богу, чаша сия миновала; радовались свои - что чаша сия не была пронесена мимо!  Грустно, но ожидаемо.

     Внутри периметра этого сплошного двухметрового забора, охраняемого, как гласит надпись, служебными собаками, я оказался впервые.

















     Среди участников тура я был единственным в группе, кто заявился как частное лицо и не представлял никакую организацию. Очевидно, поэтому многие вещи, увиденные здесь, меня очень поразили, а некоторые - шокировали.
     Насчёт служебных собак сказать ничего не могу, не увидел, а вот служебных людей, это да. Достаточный числом боевой чекистский расчёт службы безопасности во главе со своим начальством с самого начала при входе взял всю группу участников пресс-тура в кольцо и пас всех нас таким образом до самого конца пребывания, ровно  каких-то этапируемых уголовников, но разве что калашей в руках у этих не было. Это при том, что все до единого участника тура были проведены списком с указанием всех паспортных данных.

     Регламент тура.
     Перед входом на территорию могильника.


















     Войдя вовнутрь. Инструктаж службы безопасности. Взятие в кольцо сопровождения. Это мой первый и последний снимок внутри периметра могильника. Сделав его, я немедленно получил устное предписание о недопущении согласно инструкции ДСП, как лица не аккредитованного, вести фото-и видео-съёмку на территории объекта















     То было зрелище! Всех, облачив в белые халаты, подвели к площадке с вожделенной ямой, строго-настрого наказав тем, кому разрешили вести съёмку, что снимать можно только манипуляции с захораниваемой ёмкостью над ямой. Что-то ещё - чисто поле вокруг с забором и с расположенным с севера занесённым снегом волнисто-бугорчатым ландшафтом старого могильника за колючей проволокой с перекошенными набекрень металлическими воротами, где покоятся вообще без всяких барьеров безопасности десятки тысяч кубов твёрдых РАО невесть какого класса опасности, наработанные УЭХК с 1964 года - снимать категорически воспрещается и попадать в кадры не должно. Конечно, это было всё очень унизительно. Однако никого, похоже, здесь такое положение не стесняло. Кстати, снимать мне вообще что-либо запретили, несмотря на гарантии, которые дал мне лично руководитель проектов Центра по связям с общественностью ФГУП "НО РАО" Олег Кондраненков и благодаря, собственно, которому я был включён в списки участников пресс-тура. Переоценил, видимо, свои возможности влияния на новоуральские спецслужбы главный ответственный из Москвы, идя мне навстречу. В принципе, я так себе это и представлял - что не дадут. Правда, по завершении тура, когда прощались, Олег Игоревич пообещал через нашу приёмную общественного совета "Росатома" снабдить меня всем банком фото, сделанных в тот день на могильнике. Пока фотографий в приёмной нет, будут, наверное, позже. 
     Тем не менее, сказать, что ничего нового и интересного от этого тура я не поимел нельзя. Были интересные приватные разговоры с нашим и московским персоналом НО РАО. Из них я узнал, что никакой определённости с решением что же делать с содержимым старых карт (хранилищ) новоуральских могильников (это 65 тысяч кубов РАО), накопленных до июля 2011 года и находящихся в федеральной собственности, то есть фактически бесхозных, ни у кого нет. То ли признать их удаляемыми, то есть откопать их и, упаковав, перезахоронить, то ли признать особыми - прямо в таком безбарьерно хранящемся виде определить их окончательно захороненными. 
     Лучше пока не шевелить эти отходы, говорят мои собеседники, ведь все мы с вами прекрасно ж понимаем, как происходили эти захоронения и какой гадости там только может не быть. Решение по ним, скорее всего, будет принято правительством не в самой ближайшем перспективе, возможно, и не в эту сотню лет. 
     А вот то, что на комбинате длительное время велись работы по плутонию 239, Москва, оказывается, вообще не в курсе.
     Имел, неосторожность спросить, подходя то к одному, то к другому из персонала ППЗРО, указывая на север, в сторону старого могильника: что там? Кто смотрел на меня, никак не реагируя, кто  с усмешкой парировал: "лес!", "Белоречка!" или совсем серьёзно: "вам не следует это знать", информация закрыта? "да, закрыта ". Тотчас же ко мне подошёл начальник службы безопасности: "Кто таков?! Кого представляете?" Сам себя, говорю, представляю, как частное лицо я здесь. Назвался. В списках, говорю, есть. Он пронзительно и долго смотрел мне в глаза, потом отошёл. 
     Здесь своя, особая этика! Застывший в беге времени совок. Такой негласный внутренний регламент: что можно и нужно спрашивать приглашённым, а на что - табу. И за этим порядком следят. Возможно, здесь подумали, что перед ними какой-то неотёсанный журналист или столь же неотёсанный новичок-общественник, действующую новоуральскую общественность в этих кругах знают всю в лицо. 
     Ещё одно обстоятельство, которое меня совсем уже шокировало. Журналисты терзали начальника  нашего ППЗРО Вячеслава Александрова, мусоля на разные лады одну и ту же тему - её, одну, мусолят у нас тридцать месяцев подряд - спрашивая что-то там о принципах мультибарьерности. Говорю двоим: "Ребята, вы лучше спросите, почему сроки эксплуатации данного объекта обусловлены техническими возможностями сооружения, а не живучестью захораниваемых радионуклидов? Комбинат ведь обогащает изотопы урана, а период полураспада, то есть радиационная опасность, самого короткоживущего его изотопа, вы знаете сколько? 245 тысяч лет." В разговор сразу встревает стоящий рядом один из московских представителей НО РАО. "Зачем вы их запутываете, ведь возьмут и напишут это в своей газете. Молодые люди, вы не слушайте этого"...  И что? - молодые люди быстренько ретировались! Журналисты, блин.
     А мы пошли с ним дальше спорить. И наш спор услышал глава ППЗРО. О чём, мол, шумим? Теперь я сам  у него спросил: почему приемлемость сроков эксплуатации нашего ППЗРО обусловлена не живучестью захораниваемых радионуклидов, а техническими возможностями объекта? Ну, почему же, сказал он, например, период полураспада цезия-137 составляет 30 лет, есть радионуклиды, у которых этот период побольше. Но, говорю, при чём тут цезий, комбинат разделяет изотопы урана! у его изотопов сроки в тысячи и в сотни тысяч раз большие. Но тут - да, конечно, кивнул он и продолжил: а что помешает вскрыть могильник и перезахоронить, но уже исходя из тех технических решений, которые появятся в будущем?. О возможной будущей "эксгумации" говорили здесь и другие специалисты из НО РАО, разумеется, говорили только приватно, так как такой подход полностью рушит саму концепцию создания и деятельности Национального оператора - концепцию о финальной изоляции РАО. В окончательной изоляции РАО без предусмотрения возможности их извлечения в будущем - "зарыли - и забыли" - в этом есть экзистенциальный смысл Национального оператора, с потерей этого смысла  исчезают и сами основания для существования НО РАО.

     Вот и отходы по цезию-137 - среди других РАО, подлежащих захоронению в новоуральском ППЗРО. Эта информация, которой снабдил меня глава ППЗРО,  проходила и раньше, но шла от тех, которые могут "напутать", теперь я узнал, что она достоверна. Что это значит? Это значит, что всё идёт по плану и что убаюканной  придуманными для самой себя сказками общественности Новоуральска как следует врезали, чтобы привести в чувство: здесь - Федеральный могильник! Цезием - по башке. Это значит, что байка о том, что новоуральский Федеральный полигон РАО предназначен для приёмки "отходов исключительно(!) от УЭХК",  из-за того что сами придумщики в неё верят, не делается правдой. И - что сказке приходит конец, и, очевидно, новоуральские СМИ скоро её перестанут транслировать. Хотя, наверняка, общественность придумает другую. Значит - будут транслировать другую. Интересно, какую?
     Что такое цезий-137? Это - продукт деления. Но не деления в каскадах центрифуг Уральского электрохимического комбината, чем занят испокону века комбинат. Радиоактивный цезий -это не продукт комбината. Это продукт деления ядер при ядерной реакции, происходящей либо в ядерных реакторах (например, атомных электростанций) либо от применения (испытания) ядерного оружия. 
     В общем, всё идёт так, как с самого начала своего появления у нас в июле 2014 года, рассказывал новоуральцам Национальный оператор, делясь своими планами в отношении перспектив разворачиваемого в Новоуральске полигона захоронений ядерных отходов в части приёмки РАО со стороны (не так - только то, что, пока готовились к запуску первой очереди полигона, постановлением правительства цезий-137 был переведён из высокоактивных отходов 2 класса в среднеактивные отходы 3 класса, это произошло 17.02.2015; никаких разговоров о возможных переводах из класса в класс во время слушаний материалов обоснования лицензии, естественно, не было). И если сегодня доля сторонних отходов, ожидаемых загрузки в новоуральский могильник ничтожно мала, в сравнении со своими - что, собственно, и было в планах, то по выходе могильников полигона на проектную мощность - наоборот, будет ничтожно мала доля своих отходов в сравнении со сторонними. Именно об этом с самой первой за Круглым столом 10 июля 2014 года встречи с общественностью города говорили в течение двух с половиной лет подряд специалисты Нацоператора. В этой части смешно обвинять Москву в лукавстве. С лета 2014-го Национальный оператор, обосновывая необходимость сооружения в городе крупного федерального полигона по захоронению РАО, буквально вдалбливал жителям города Новоуральска (уж всему городу можно было бы выучить эти цифры наизусть), что (ещё раз!): 
    - Со времён реализации советских ядерных программ на территории России накоплено почти 500 миллионов кубических метров РАО. Из них 97 миллионов кубов "наших" - твёрдых РАО, остальные - жидкие. Всё накопленное, пребывая в режиме хранения, размещено в 1284 пунктах объектов ядерного цикла, разбросанных по всей территории нашей необъятной Родины. Это создаёт чрезвычайную угрозу экологии. Государство, осознавая, что "нельзя более откладывать решение этой проблемы на потом", создаёт при ГК "Росатом" специальное государственное экологическое предприятие "Национальный оператор по обращению с радиоактивными отходами", наделяя его соответствующими полномочиями и ставя перед НО РАО задачу компактно упаковать содержимое этих пунктов хранения в пункты захоронения. НО РАО выбирает для этих целей 30 перспективных площадок в 18 регионах РФ. Из 30 перспективных выбирает 10 первоочередных. В десятке первоочередных - Новоуральск.
     Задача такова: 97 млн. кубов ТРО  (из 1284 объектов ядерного цикла) надо вместить в 30 перспективных пунктов захоронения; вмещаем и получаем 323 тысячи кубических метров в каждом. Всё! Это - пренебрегая объёмами жидких РАО, которые тоже надо размещать в каких-то из этих 30 перспективных пунктах, не на 30 надобно б делить, а максимум на 10. То есть цифра в 323 тысячи кубов эта цифра сильно занижена.
     Далее. Это только те отходы, которые произвели данные объекты ядерного цикла до 15 июля 2011 года. По рапортам  руководства "Росатома" - и руководства с мест - предприятия атомной отрасли России сегодня весьма на подъёме, очень устойчиво и опережающими темпами развиваются - "всегда на шаг впереди", имеют до 2030 года портфель заказов  более чем на 100 млрд. долларов. По прогнозам (2014 года) один только УЭХК до 30-го года должен дать не менее 40 тысяч кубов отходов. То есть, даже если полностью пренебречь объёмами накопленного отходного добра - в свете приватных разговоров, - всё равно требуемые мощности для одного Федерального могильника РАО не сильно уйдут в сторону уменьшения (да и ковырять старьё тоже, думаю, придётся потихоньку).

     А тут, как бы "вдруг случайно узнав", что у нас сооружён Федеральный(о, Господи!) пункт захоронения РАО и что в него везут отходы из других регионов страны, да что доля их будет неуклонно расти, общественность, явившаяся на брифинг в Центральную публичную библиотеку, устроенный перед пресс-туром Национальным оператором, делает фантастически круглые глаза.
     Татьяна Кулешова,председатель Общественной палаты Новоуральского городского округа:
     - Вообще-то, нам, общественности, говорили, что у нас отходы будут только с комбината... Направляя меня сюда от общественности, мне говорили о том, что вот это самое важное для нас, то есть, когда решался вопрос, что отходы будут только с комбината, мы, как общественность, дали согласие - проголосовали за это. А сейчас что?...
          Брифинг. Центральная публичная библиотека.



























     Представители Национального оператора. Руководитель проектов Центра по связям с общественностью ФГУП "НО РАО" Олег Кондраненков, Москва; начальник отделения "Новоуральское"  филиала "Северский" ФГУП "НО РАО" Вячеслав Александров, Новоуральск.


















     Журналисты.














































    Общественность.
































     Председатель Общественной палаты НГО Татьяна Кулешова. "А сейчас что?".



















     А 8 декабря, спустя ровно неделю со дня торжественного запуска мощностей 1-ой очереди, Национальный оператор собирает Круглый стол и за столом извещает общественность о проведении в январе-феврале "Общественных обсуждений Материалов обоснования лицензии на сооружение (реконструкцию) пункта хранения радиоактивных отходов, предназначенного для захоронения радиоактивных отходов, отделения "Новоуральское" филиала "Северский" ФГУП "НО РАО" (включая материалы оценки воздействия на окружающую среду), расположенного на территории ЗАТО г. Новоуральск"
     Также общественность информируют, что заканчивается 2016 год, что пуском в эксплуатацию первого в стране пункта финальной изоляции РАО завершился первый этап Федеральной целевой программы по ядерному наследию, начинается второй, мероприятия которого запланированы к реализации в 2016-2030 гг. Первоочередными задачами программы является сооружение 2-й и 3-й очередей. В проектную документацию новоуральского ППЗРО внесены изменения. Вместо планируемого ранее суммарного объёма 2-й и 3-й очередей в 10 тысяч кубометров, этот объём будет составлять 59 тысяч кубометров. По предварительной информации 2-я и 3-я очередь должна, согласно планам, вместить в себя и часть отходов, наработанных комбинатом до 15 июля 2011 года, они будут загружены сюда в объёме 8 тысяч кубометров, оставшаяся львиная доля мощностей новых очередей займут РАО, которые будут свозиться из других мест. Объекты 2-й и 3-й очередей должны сдать в эксплуатацию в 2020 году. Конструктивно они будут выполнены точно также, как объект 1-й очереди.

     А сейчас что? Какую себе сказку расскажет общественность, чтобы самой в неё поверить? Несмотря на массовые возмущения на Круглом столе, я не верю в наличие у этой массовки каких-либо сил к сопротивлению, это ж номенклатура - та, кондовая советская общность, без горизонтальных вязок, только - по вертикали.. Вот бы я был не прав!  
     А прежняя сказка заканчивалась словами: "Новоуральску пункт захоронения РАО необходим. Он обеспечит экологическую безопасность для многих поколений его жителей", или: "Это - большой шаг вперёд. Сооружение надёжно и эффективно решит проблему захоронения отходов комбината... Опасения, что к нам повезут отходы с других предприятий беспочвенны: невыгодно транспортировать отходы на большие расстояния", или так: "Построенный пункт захоронения абсолютно безопасен, угрозы здоровью местного населения не представляет. Наоборот, такой пункт - показатель культуры радиационной безопасности. Проблемы радиационного загрязнения в Новоуральске не было, нет и не будет. Однако на ваших страхах могут сыграть нечистые на руку дельцы". Разные - потому что в пересказе разных рассказчиков, публикуемых два года назад в разных номерах "Нейвы". Сегодня это звучит совсем как бред.
     Так выводы, обещанные в прошлый пост (https://novikvsluh.blogspot.ru/2016/10/blog-post_29.html), и не успеваю сделать - уж чересчур скоро события развиваются. Со дня на день обещают дать на сайте администрации НГО Материалы обоснования лицензии к предстоящим слушаниям. Снова надо вникать. 
   
     Круглый стол.   
































     В самом начале 2017-го, если всё пойдёт по плану трёхсторонних договорённостей - между губернатором Свердловской области Куйвашевым, мэром НГО Машковым и Правительством РФ, ЗАТО Новоуральск обретает статус закрытой территории опережающего развития. Вот инвесторы понабегут... 
    
     Федеральный полигон РАО. А представлялось - такой домашний.










   
Источн

Комментариев нет:

Отправить комментарий